Борис Васильев «В списках не значился»

Об этой книге сложно писать. С одной стороны, любая ее критика кажется кощунством , а с другой – мне показалось, что это вещь на уровень слабее, чем «А зори здесь тихие» и «Завтра была война». Не нашла эта книга во мне отклика. Не трагедия, не борьба в ней описанная, а именно книга. 

Васильеву прекрасно удаются мелкие бытовые эпизоды, мирные зарисовки, а война в его изображении – кажется непонятной и сумбурной. Разумеется, не мне судить об этом, и я не никоим образом не хочу сказать, что что-то изображено не так. Думаю, правильно все, и точно. Но у меня общей картины почему-то не сложилось. Но может так и было задумано? Ведь Коля первый раз в этом городе, первый раз в крепости. На войне - первый раз! Ему всего 19 лет! Он точно также, как и читатель не имеет почти никакого представления о расположении объектов. Он точно также никого здесь не знает. Возможно. Тем не менее, мне здорово мешало отсутствие ориентировки на местности.  Персонажи обнаруживались то в костеле, то в крепости, и мне было совершенно непонятно, где рассредоточились немцы, где находятся наши, куда они выбираются за патронами, за водой. И все время было непонятно — где же люди? Где наши солдаты? Где гарнизон? Кажется, Коля почти все время был если не один, то максимум, с несколькими бойцами. Это мешало, но, наверное, это не главное. 

Мне показалось, что вся книга - это рассыпавшаяся мозаика из множества эпизодов. Внезапное нападение. Попытки немцев запугать и заставить сдаться. Раненые, умирающие, а вода только для пулеметов. Смирение со смертью. Женщины, таскающие кирпичи, и выдавшие девочку. А могли ли спасти? Сошедший с ума молоденький лейтенант. Оставленный в живых немец с детскими фотографиями (я злая, я бы убила). Пленные. И все мысли вокруг. Старая еврейка, уходящая умирать, чтобы ни на секунду не стать обузой. И сколько было таких, кто уходил на верную смерть, не только, чтобы остались жить другие, а чтобы не обременить собой. Кто отдавал свои последние минуты, чтобы не пропали они впустую. «Если ты жив, то кто-то погиб за тебя». Сбереженное знамя. Кулек с картошкой.  Кажется, что из этих эпизодов все отлично складывается. Даже из перечисления. Но почему-то при чтении это не так, все рассыпается.

А еще мне показалось, что в книге почти нет живых персонажей. Нет, не потому, что все умерли, а слишком уж легкими штрихами набросаны. Не успеваешь поймать ни характер, ни индивидуальность, ни черточку какую узнаваемую. Но может и это умышленно. Какая там индивидуальность, когда каждая секунда может стать последней. Не для тебя, так для бойца, что рядом.  Когда тут присматриваться? Когда психологические портреты рисовать. И опять, если в «А зори были здесь тихие» рассказ шел как будто бы от лица Васкова, здесь мы словно смотрим на происходящее глазами юного лейтенанта Коли Плужникова. Может потому и обрывочно, и сумбурно. Но зато честно.

Основная линия книги – это то, как война всего за несколько месяцев (да, почему месяцев, наверное, недель даже) превращает вчерашнего бодрого мальчишку в сурового Мужчину и Солдата. Это стержень. Но мне его почему-то не хватило. 

Самой интересно оказалась линия Мирры. Как ни странно, но получается, что война подарила этой девочке то, что в мирной жизни с ее ногой, она, наверное, никогда бы не получила. Нежную любовь, заботу, предвкушение рождения ребенка, почти семью. Хотя, кто знает… А еще подумалось, что не зря на военную службу призывают очень молодых ребят. Только в юности кажется, что все впереди, мир бесконечен, а ты сам почти бессмертен. 

Впрочем, защитники Брестской крепости бессмертными и остались. Как минимум, в сердцах своих потомков. В наших сердцах. Вечная им слава. Вечная память.