Сванте доел вторую плюшку (оставалось еще четыре) и отхлебнул очередной глоток кофе из термоса. Он сидел, облокотившись на толстую трубу, нагретую на солнце, и ждал. Его друг почему-то опаздывал. Это было странно, потому что теплые плюшки распространяли умопомрачительный аромат корицы, на который он обычно прилетал в течение получаса, довольно гудя моторчиком, как упитанный шмель. А сегодня они и вовсе договорились встретиться ровно в час дня. Сванте небезосновательно подозревал, что обеденное время выбрано не просто так. Наверняка, он услышит что-нибудь вроде: - Я самый-самый голодный в мире Карлсон! Так отощал, что чуть не потерял штаны в полете. Малыш, ты же не забыл дома кастрюльку с едой? Потому что мужчине в самом расцвете сил требуется не только корица плюшек, но и мясо тефтелек или хотя бы соя сарделек! Сванте встал, подошел к краю крыши и оглядел окрестности в поисках знакомой тушки. Поднимался ветер, в стороне моря висела темно-фиолетовая туча, и на ее фоне трубы и флюгеры освещались особенно ярко. Внизу шумел позолоченный осенью город, ничуть не изменившийся за последние пять лет. А вот сам он повзрослел. Помимо Карлсона у него теперь были собака и девушка, и все они требовали вложений. В наличие у него девушки семейство не верило также, как не верило в Карлсона, потому что Астрид не считала нужным знакомиться с его родителями. В итоге сумма денег на карманные расходы никак не росла. А когда он пытался просить больше, папа стал подозревать, что он принимает наркотики, аргументируя это словами о тихом омуте. Собственно все это он и хотел обсудить со старым другом. Сванте уже пробовал подрабатывать на заправке – но как назло, внезапно подорожал бензин, и автовладельцы мало того, что стали заправляться реже, так почти перестали давать чаевые, а в кафе его не взяли – там предпочитали девушек. Но Карлсон же на что-то жил и, как мог судить Сванте, вполне неплохо. Правда, у него не было ни девушки, ни собаки. Но и родителей не было тоже. Часы на башне ратуши показывали уже почти два. Сванте начал волноваться. Тучи приближались, порыв ветра унес несколько бумажных салфеток из пакета с плюшками, на теплую черепицу упали первые капли и сразу запахло мокрой пылью. Лет в семь Сванте в такой ситуации и сам бы заплакал, но ему было уже почти пятнадцать. Он повернулся спиной к краю крыши и побрел к домику, чтобы спрятаться под козырьком крыльца. Но не успел сделать и пары шагов, как головой что-то внезапно щелкнуло, и между ним и дождем возник большой клетчатый зонт. - Привет, Малыш! – прокричал знакомый голос. – Ты, кажется собрался рыдать у меня на крыльце? Ладно, рыдай, только отдай мне сначала плюшки, они могут испортить твое депрессивное настроение. Я в этом разбираюсь, ты же в курсе, что я – лучший в мире психолог? - Карлсон! – обрадованно воскликнул Малыш. – Я же просил тебя не называть меня Малышом! - Ну, сейчас ты – типичный Малыш. Сванте принес бы мне горячих тефтелек и уже кипятил бы кофе на плите! - Так я и принес! А домик заперт. - Да? Ну тогда ладно. Заходи, дорогой Сванте! – Карлсон достал ключ из-под коврика и гостеприимно распахнул дверь. Между тучами появился кусочек радуги.