Один из пунктов в челлендже от Светловки обозначен как «нон-фикшн про профессию мечты». В детстве у меня было два варианта профессионального будущего – либо стать физиком, либо археологом. И то, и другое было связано с классическим: «значит нужные книги ты в детстве читал». Так вот про книги. Недавно обсуждали в разговоре тему «планок». Пришли к выводу, что в современной нам действительности есть довольно неприятная тенденция к понижению. И проблема даже не в том, что читателя воспринимают, как несмышленого ребенка. Это бы еще ничего. Все когда-то начинают с этой стадии. Но заведомо предполагается, что ему из нынешнего невежественного состояния нипочем не выбраться. Поэтому все идет на минималках с регулярными замечаниями, типа «ну это сложно, ты все равно не поймешь» (и да – именно «ты», а не «вы»). Советская научно-популярная литература придерживалась принципиально иного пути. Она подтягивала своего читателя (вне зависимости от его возраста) к более высокому уровню знаний. И это были не отрывочные сведения, а чаще всего попытка показать ту систему, в которой рассматриваемый фрагмент – лишь один из многих. Она относилась к читателю с уважением, не опускаясь до сюсюканья, неуместного юмора и ненужных упрощений. В этом смысле книги об археологических экспедициях, пожалуй, достаточно показательны. Есть большая история, в которой каждый может найти свою нишу для исследования. Ведь археология - это всегда тайна и «поиски клада» с одной стороны, и обязательный исторический экскурс в изучаемую область – с другой. Т.е., как пели в незабвенной АБВГДейке – «это и учеба и игра». А вплетенные в повествование элементы походного быта археологов обычно оживляют текст, добавляя в него характеров, гипотез и увлекательности, которая обычно отсутствует (для меня, по-крайней мере) в чисто исторических изданиях. В общем, по этим всем причинам, такого рода нон-фикшн всегда приятно читать. «Дневная поверхность» - это книга советского археолога, в которой он рассказывает о нескольких экспедициях, в которые ездил. Пожалуй, она несколько нетипична для изданий такого рода, потому что здесь мало именно интриги. Ну, т.е. никто не находит внезапно «череп коня Вещего Олега», не строит сумасшедших гипотез по паре обнаруженных черепков и т.п.. Как говорит сам автор: « Напрасно было бы искать в этом рассказе описания каких–либо особых сенсационных происшествий. В правильно организованной экспедиции их не должно быть и почти не бывает. Романтика археологической работы совсем в другом — в научном предвидении, в напряжении поиска, в ни с чем не сравнимой радости первооткрывателей ». Хотя здесь он немного лукавит. Есть в книге и неожиданные происшествия, и чудесные открытия (один только раскопанный древний город в пустыне чего стоит!), и любопытные факты. Ну, например, вы знали, что в Новгороде (Великом Новгороде) был водопровод? А мостовые для прочности укрепляли костями животных, которые не гнили и сохранялись веками? Что еще совсем недавно (в 30-е годы, до войны) раскопки велись в районе современных Черемушек (там в 12 веке жили вятичи, и находили немало украшений и черепков)? И примерно в тоже время можно было еще найти село, где жители сохраняли почти средневековый образ жизни и носили домотканную одежду? Рассказ о каракумской экспедиции рассказывает читателю, что черепаха – священное животное туркменов, поэтому их ни в коем случае нельзя есть. А висящий на саксауле череп – это вовсе не пренебрежение к его хозяину, а указание на источник воды: Череп очень хорошо окатан и блестит как зеркало. Человеческий череп — самый круглый из черепов и равномерно отражает свет. Одетый на куст саксаула, он со всех сторон виден издалека. Тот, кто сделал это, заботился о других людях и о нас с вами. Если хочешь добраться до колодца, нужно идти в ту сторону, куда повёрнут глазницами череп. Из истории про литовскую экспедицию я узнала слово «кольгринда». Это удивительная штука – подводная каменная насыпь, которую не видно снаружи неприятелю, что-то вроде искусственной мели. Иногда с перилами или вешками для наглядности. В случае опасности перила убирают. Местные знают все изгибы кольгринды (эта штука обычно кривая) и спокойно перебираются на другой берег, а чужаки чаще всего проваливаются в глубину на внезапных ее поворотах. Чудесная «ламповая» книга о буднях и радостях археологов!