?

Log in

No account? Create an account

Отпечатки лап домашней кошки

и хвоста

мокрая, но светлая
kagury

Almeida Coval

Я танцую с ней целую вечность
kagury
Я вчера повстречала в парке настоящего трубочиста.
Осень снова из ниоткуда появилась в опрятных скверах,
привлекая к себе поэтов и обычных на вид туристов,
осень чудно-неповторима и изящна в своих манерах.
Своенравна. Кленовые листья рассыпает на тротуары.
У соседей, живущих ниже, намечается детский вечер –
день рожденья любимой внучки, Беатрисы-Елены-Сары.
Я подсела на эту осень... от такого уже не лечат.

В феврале умерла старушка, одинокая фрау Крюгер,
что стучала по батареям, если кто-то готовил мясо.
А потом выносили вещи, и какой-то холёный бюргер
приобрёл туалетный столик и картину (почти ПикАссо).
И теперь в квартире над нами проживают весёлые греки,
я узнала, что слово 'псари' означает всего лишь 'рыба'.
А на шлейке гуляет псяра – неизменный друг человека,
и её моложавый хозяин всем приветливо тянет лыбу.

Осень трогает за запястья, всё настойчивей и преступней,
заставляет мечтать "о главном", без намека о чём главнее.
Для меня эта осень краше легкомысленных летних будней,
я танцую с ней целую вечность! Так никто другой не умеет.
На базаре красивый турок Мустафа продаёт бананы,
мы знакомы ещё со школы. Он женат и имеет двойню.
В сотый раз позабыв перчатки, запихаю руки в карманы,
и настроюсь в погодной лирике на излюбленную симфонию.
(с) Матиль Да Линд