kagury (kagury) wrote,
kagury
kagury

Categories:

Песенка пожилого Карлсона - очень грустная

Малыш, мой Малыш, здесь на крыше холодные ветры,
И лето давно в жестяной водосток утекло,
И месяц Октябрь, на приметы коварные щедрый,
Метлой сквозняка с чердаков изгоняет тепло.

Малыш, мой Малыш, я вдруг понял, что вовсе не вечен,
Уходит мой век вдаль по крышам на этом ветру;
Ты помни - я жив, жив лишь теми, кем некогда встречен,
Да вот все тесней для меня предназначенный круг.

Малыш, мой Малыш, я наверное слишком придирчив,
Ведь в этот сезон встать на крышу не всем по плечу;
И гаснет закат, и опора все зыбче и зыбче,
Я вверх - не могу, ну а вниз, извини, не хочу.

Малыш, мой Малыш, здесь живут твои гибкие тени,
Седой полумрак беготней несолидной дробя...
Ты вновь поднимись по старинным скрипучим ступеням;
Я болен всерьез, так спаси - и меня, и себя.
Михаил Трегер
Tags: стихи
Subscribe

  • Осенью меня начинает клинить на стихах. Из любимого.

    Вечереет на даче, в фарфоровых стенках чай прячет летнее солнце в расплавленном янтаре. Междумирье, мираж, ее 25й час, тайный орден, роза, камень,…

  • (no subject)

    Налей чайку зеленого, налей! Кусок асфальта, мокрые машины, Высотных зданий сизые вершины - Таков пейзаж из форточки моей. А мы все ждем…

  • Закончился июнь

    Июнь почти готов поставить точку, Заканчивая первую главу Романа «Лето». Вот допишет строчку — И растворится, канет в синеву…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments

  • Осенью меня начинает клинить на стихах. Из любимого.

    Вечереет на даче, в фарфоровых стенках чай прячет летнее солнце в расплавленном янтаре. Междумирье, мираж, ее 25й час, тайный орден, роза, камень,…

  • (no subject)

    Налей чайку зеленого, налей! Кусок асфальта, мокрые машины, Высотных зданий сизые вершины - Таков пейзаж из форточки моей. А мы все ждем…

  • Закончился июнь

    Июнь почти готов поставить точку, Заканчивая первую главу Романа «Лето». Вот допишет строчку — И растворится, канет в синеву…