kagury

Categories:

Почти рождественская история или к вопросу о семейных узах

Патрик Федра «Библиотека утрат и находок» 

По сути – это тоже рождественская история (ага, с елкой и подарками), хотя поначалу упорно маскируется под банальную мелодраму. Марта работает в библиотеке. Она исключительно милое создание, вечно готовое помочь всем и каждому – постирать белье, подшить брюки, подержать у себя рыбок, взять детей на выходные и т.п. Отказать ей неловко, а остальные привыкли, что это нормально, и даже не считают нужным ее поблагодарить, не говоря уже о какой-либо оплате. Любой другой взбесился бы от этого всего, но Марта живет одна, и все эти мелкие поручения, видимо, наполняют ее жизнь смыслом. Однажды ей в руки попадает книжка, следование за которой переворачивает ее взгляд на вещи, и в том числе на ее собственное прошлое. Привет скелетам в шкафах и на антресолях, а также систематизации детских травм. Понятно, что дальше следует постепенное выколупливание из привычной скорлупы бытия, с подсознательным «тварь ли я дрожащая или…». Немного странно, что эти изменения происходят с Мартой, когда ей уже порядка 40, а хотя бы не 30, но все взрослеют в разное время. 

В общем, довольно проходная вещица, с очевидным финалом, но вот что меня зацепило.

Марта часть жизни посвятила уходу за своими родителями, и это воспринимается с одной стороны – как подвиг (она вроде как принесла в жертву себя и свой брак, хотя не совсем ясно, почему), с другой - как нечто неправильное в принципе. 

Ее сестра тем временем вышла замуж, родила пару детей и благополучно забила на родителей, и она противопоставляется, как образец правильного стиля поведения (несмотря на то, что она тут не самый положительный герой в прочих отношениях). В конце концов, Марта приходит к мысли, что быть эгоисткой более комфортно, чем ангелом, и ее жизнь постепенно налаживается. 

Интересно, что семейные узы здесь существуют только в жизни Марты (остальные персонажи не обременены родственниками), причем это именно узы – сложная привязанность, проблемы, обиды и т.п.. 

И такой подход, вообще говоря, довольно обычен в современной литературе. Далеко ходить не надо. Вот те же Страйк с Робин у Роулинг. Оба фактически одиноки, хотя формально где-то на исчезающем горизонте существуют их родственники. И в обоих случаях родственники = проблемы. И только гордое одинокое существование приносит в жизнь смысл и спокойствие. Максимум, что можно добавить – немного романтических отношений. Но это совсем другое. Расстаться с партнером можно в любой момент, а родственники - твои навсегда. 

Да, собственно, все магические школы – из той же оперы. Родственники либо далеко, либо их нет вовсе. А значит, нет целого набора сложных семейных отношений,  заботы, любви, тревоги, нежности, понимания и непонимания и кучи прочих вещей, которые не усложняют более повествование. 

Мне пришло в голову, что в русской и советской литературе, например, одиноких героев было мало. Почти за каждым так или иначе стояла семья или отношения с людьми, которые ее фактически заменяли. Интересно, в какой момент семейные отношения ушли на задний план?  

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded